Психология зависимости книги

ПСИХОЛОГИЯ ЗАВИСИМОСТИ

В одной книге о психологии зависимости мне встретилось неожиданное определение алкоголика. «Алкоголик — это человек, объятый огнем и бегущий к морю. В море он тонет» [52].

Под огнем следует понимать те чувства, от которых ему некуда деться.

Вот характерный диалог с женой больного алкоголизмом:

Вы помните, какими словами ваш будущий мул-: объяснялся вам в любви?

Нет, он никаких слов не говорил. Поцеловал, и я поняла, что он меня любит.

А какими словами он сделал вам предложение?

Он сказал, что не может жить без меня. Еще он сказал «Ты мне нужна».

Будущий алкоголик был точен. Он действительно нуждался в такой поддерживающей его жене, он действительно не мог бы жить и пить без нее. Слова «Не могу жить без тебя», «Ты мне нужна» выра-. жали не столько силу его любви, сколько степень его не самостоя-тельности.

«Мой муж — это мой еще один ребенок, недоразвитый. Я его подобрала ровно на том месте, на каком его оставила мамочка. До 20 лет мама за ним ходила как за маленьким дитем, а потом это делала я», — говорит жена алкоголика 43-летняя Галина, преподаватель профессионального училища.

Больные алкоголизмом — очень не самостоятельные люди. Они предпочитают не брать на себя ответственность. Эта черта была свойственна им и до развития у них алкоголизма. Если они не принимают решения, то они н не сделают ошибки. Уж так повелось в их жизни, чго все решения с детства принимала мама — что есть, какую рубашку надевать. Позже подросший сын мог советоваться с мамой, какую девушку ему брать в жены. Они довольно долго, уже будучи взрослыми, живут одним домом с мамой, а после женитьбы часто звонят маме. До такой степени часто, что это не столько выражает его просто родственные чувства, сколько психологическую зависимость от мамы.

Ему трудно, он играет двойную роль — и сын своей мамы и муж своей жены. Пока он не уяснил для себя, какая из этих ролей для него главная,

он между двух огней. Практически он не выполняет ни своих сыновних обязательств, ни обязанностей мужа, предоставляя двум женщинам разбивать себе лбы Е этих вечных конфликтах между свекровью и невесткой.

Женщина из моей психотерапевтической группы рассказывала. «Мы женаты уже 18 лет. У нас сын. Я’стараюсь вкусно готовить. Но меня буквально бесит, что мой муж часто по дороге с работы заходит к своей маме, там обедает. Меня он не предупреждает об этом. И я со злостью выливаю борщ в унитаз».

Еще одна жена алкоголика рассказывала, что мать мужа любит спать на даче в их с мужем спальне, хотя на даче два этажа и есть другие комнаты. Самое интересное, что муж не возражал против этого. Он был сильно зависимым от мамы в свои 45 лет.

Другая жена алкоголика говорила, что в их совместной жизни, когда дети еще были малые и оба супруга работали, муж часто ей звонил на работу и говорил:

Ты знаешь, я сегодня выпил немножко. Я не могу пойти в детский сад за сыном. Мне стыдно, что я пьяный. Забери сына из сада сама.

Она обычно соглашалась:

Ладно, я сама зайду в детсад.

Удобно, не правда ли? Перекладывать на жену ответственность за детей. Так продолжалось долго, затем проблема его алкоголизма выросла до такой степени, что теперь уже взрослый сын силой при-нуждает отца лечиться.

Стремление избегать ответственности и принятия решений ведет к употреблению алкоголя как средству убегания от реальности. Иными словами, выпивка становится способом бегства от проблем.

Однако алкоголь не может разрешить проблемы безответственности, он только способствует усилению всякой психологической зависимости. В добавление к уже имеющимся возникает еще одна — зависимость от алкоголя.

Когда человек начинает пить или употреблять наркотики, он останавливается в своем взрослении и духовном росте. Я давно уже работаю с зависимыми больными. И постоянно наблюдаю одно и то же. Внешне человек может выглядеть как 40-летний мужчина, но когда спрашиваю, как его зовут, он отвечает «Саша». Все они Гена, Васек, Юрок, независимо от возраста. Солидности ни на грош. В их поведении видна детскость, и они не хотят становиться взрослыми.

По паспорту им может быть 30, 40, 50 лет, а по эмоциям все они как 17- летние. Когда алкоголик хочет выпить, он ведет себя как ребенок, желаю- ший лакомства. Дайте ему желанное лакомство немедленно. Откладывать на потом удовлетворение желаний могут взрослые, но не дети. Противостоять неприятностям, боли могут взрослые, но не дети.

Жена алкоголика, врач по профессии, рассказывает: «Когда мужу требуется помощь стоматолога, я договариваюсь с врачом об общем наркозе. Только так, под общим наркозом, он может позволить что-нибудь делать с его зубом. Нет, не вырвать зуб.а просто полечить кариес. Он очень боится боли».

Точно так же больные алкоголизмом не могут выдерживать любые жизненные трудности.

В норме люди духовно растут, эмоционально взрослеют, когда преодолевают трудности, боль, неприятности, когда решают проблемы. Больные алкоголизмом избегали этого, благо рядом всегда были люди, готовые взять на себя решение их проблем. Так больные остались эмоционально незрелыми. Так они превратились в «ребенка №1» в той семье, которую сами создали.

Счастливые времена, беззаботные времена •— это не время духовного роста и эмоционального взросления. Счастливые времена питают нас чем-то важным, что потом всю жизнь будет составлять наш эмоциональный ресурс. Но беззаботное время не побуждает нас к переменам. А духовный рост — это изменение.

Вспоминаю эпизод из кинофильма «В моей смерти прошу винить Клаву К.». Герой фильма, ученик 3 класса, влюбился в Клаву из своего класса, и не мог добиться, чтобы она обратила на него внимание. И тогда он все рассказал отцу. Между отцом и сыном состоялся очень серьезный разговор.

Что же мне делать, отец?

Так ответил любящий и заботливый отец. Через страдание достигается эмоциональная зрелость.

Недавно прочитала в одной книжке, что к жестокому обращению с ребенком относится и такое, когда родители не позволяют ему пережить боль, трудности. Интересно, не правда ли? Действительно, разве это не жестоко, не дать ребенку повзрослеть?

Больные с алкогольной и наркотической зависимостью умеют избегать бели. Недаром их болезни относятся к области наркологии. В основе этого термина лежит то же слово, что и в основе обезболивания — наркоз..

Низкая толерантность к фрустрации

Алкоголик не может терпеть даже незначительные неудачи, он не может сколько-нибудь долго находиться в состоянии фрустрации. У алкоголика короткий фитиль. Он быстро зажигается, быстро взрывается. И никогда не знаешь, что его вывело из равновесия. Он может прийти з ярость, если жена не подала наглаженную рубашку, если сын не завинтил тюбик с зубной пастой. Одна дочь алкоголика рассказала, как отец поднял скандал из-за того, что она «не по центру поставила кастрюлю на плиту».

На похоронах обычно алкоголики напиваются, даже если длитель-ное время находились в ремиссии. Они используют это событие для оправдания возможности выпить, а также потому, что не могут переносить горе без обезболивания.

Ежедневные мелкие неудобства невыносимы для алкоголика. Он либо взрывается гневом и яростью либо прибегает к выпивке. Члены семьи стараются его не раздражать, в прямом и переносном смысле ходят на цыпочках, чтобы не беспокоить своего близкого. Но он все равно найдет, к чему придраться.

Жена старается обходить острые углы, утихомирить детей: «Дети, уходите гулять, дайте отцу отдохнуть, он устал». Но ей не избежать придирок. Иногда ей кажется, что она действительно виновата.

Неумение выражать свои чувства

Есть такой термин — алекситимия ( от латинского — а — частица, означающая отрицание; 1ех13 — слово, речь: 1Ьутиз — чувство). Алекситимия — э.то неспособность высказать свои чувства. Симптом неблагополучия психики.

Исследования показали, что алекситимия свойственна больным с алкогольной зависимостью.

«Мой муж часто бывает не в духе. Замкнется и молчит. Бесполезно спрашивать, что случилось на работе. Он просто не умеет высказывать своих чувств», — говорит жена алкоголика, давно — 5 лет назад

На вопрос «Как вы себя чувствуете?» больные алкоголизмом (как и их взрослые’дети) отвечают «Нормально». На вопрос «Что вы чувствуете?» они затрудняются ответить. Я должна приложить усилия, чтобы получить от алкоголика самоотчет оего чувстзах. В это’ время я вспоминаю о растормаживающем действии алкоголя. Застенчивые, зажатые, закрепощенные люди под действием алкоголя делают то, что не могут сделать в трезвом состоянии. Они становятся говорливыми, общительными, свободнее говорят о любви и ненависти.

Правда, в состоянии опьянения выражаемые алкоголиком эмоции не относятся порой к тем обстоятельствам, в которых он сейчас находится. Скорее алкоголик выражает давно подавленные,’ вытесненные эмоции. Это чувства, которые он годами испытывал по отношению к самому себе. Да, его агрессия, ненависть, презрение и прочие отрицательные чувства, направляемые обычно вовне, на других, на самом деле могут быть выражением его собственного отношения к себе.

Вне опьянения алкоголик может не выражать своих чувств, пото-му’что он не умеет это делать. Требуется работа, навыки, усилия, чтобы выражать, переживать и разрешать свои чувства. А подавление, вытеснение чувств происходит неосознанно, автоматически. Было больно, он зажался. В качестве зажимов используется мышечное напряжение. Один больной говорил, что он чувствовал себя живым трупом в трезвости и живым, когда выпивал. Логично, ведь алкоголь снимал мышечное напряжение и давал ему возможность испытывать чувства.

Автоматически алкоголик может «выпустить пар* на окружающих в гневной манере. Он не контролирует свои давно зажатые чувства.

В действительности он сердит не на окружающих, а больше всего испытывает гнев к себе самому.

Алекситимия свойственна не только алкоголикам.

Кричать тоже нехорошо. Но почему-то все дети мира кричат, когда играют во дворе. Выражать свои чувства криками, звуками, слезами — это так по-человечески. Это часть человека. Помните романс:

О, если б мог выразить в ззуке Всю силу страданий моих!

В душе моей стихли бы муки И ропот сомненья затих.

И я б отдохнул, дорогая,

Страдание высказав все.

А нам п детстве запрещали «выражать себя в звуке».

Как бы ни держался больной с алкогольной зависимостью, в глубине души он ничего хорошего о себе не думает. Он не относится к себе как к достойному и ценному человеку. Алкоголь позволяет мгновенно изменить ситуацию. «Да ты знаешь, кто я!» — заявляет он хвастливо, когда выпьет. «Я могу сделать все, что захочу». Любое дело для него — семечки.

На следующий день, если он помнит о своих хвастливых заявлениях, он стыдится их, испытывает неловкость, возможно, извиняется. «Я вчера был как последняя свинья». Он сожалеет о своем поведении.

Жены алкоголиков хорошо знают эту особенность своих мужей. И часто пользуются ею для поддержания в них чувства собственной никчемности. Иными словами, жены часто пытаются культивировать в алкоголиках комплекс неполноценности. Здесь у меня для жен плохая новость: этим Вы не помогаете больному справиться с алкогольными проблемами и еще больше ухудшаете свои супружеские взаимоотношения, а также вредите дочери, если она есть в семье. Дочь может усвоить, что все мужчины никчемные: плохие, любви не стоят. В таком случае у дочери будет проблемный брак.

«А что же мне делать? Не радоваться же тому, что он пьет?» -— слышу я Ваше возражение. Отвечаю: «Не радоваться. Но отделите поведение от человека и болезнь от человека». Одна жена из программы выздоровления от созависимости сказала так: «Я ненавижу алкоголь. Я считаю алкоголизм ужасной болезнью. Но я люблю своего мужа».

Возмущайтесь недопустимым поведением, но не клеймите человека.

Нагнетать чувство вины, собственной малоценност-и — это значит прокладывать путь новым выпивкам. Низкая самооценка тягостна. У алкоголика возникает желание залить горькое чувство новой порцией водки. Он беспомощен перед алкоголем, равно как и его жена перед алкоголизмом.

Послушаешь больного алкоголизмом -в нетрезвом состоянии, можно подумать, что перед тобой самовлюбленный человек без всякого критического отношения к себе. «Да я. если захочу, всех их (часто это сотрудники, начальство) в бараний рог скручу». «У меня тогда были огромные возможности. Я управлял цехом и в моем подчинении было 600 человек». В высказываниях содержится смысл: я все могу.

Этот неуверенный в себе человек с комплексом неполноценности чем больше пьет, тем больше, как у нас говорят, хорохорится. Распускает перья, как павлин. Хвастается, переоценивает свои возможности, показывает силу, которой он не обладает, может угрожать или с наигранно

снисходительным видом смотреть на окружающих. Его способностям нет пределов. Он — царь и бог. Ему и море по колено. Он может быть очень щедрым в ресторане, а дока дети сидят без школьных принадлежностей. Может быть, он своей щедростью пытается купить уважение, дружбу? Ведь он одинок и себя не очень уважает. Но проходит время, приподнятое настроение спадает, воображаемые аплодисменты затихают. За все платит семья. В буквальном и переносном смысле.

Перфекционизм ( от англ. рег[ес4 — совершенный, безупречный) — это такая психологическая особенность, которая толкает человека к совершенству любой ценой и во что бы то ни стало. Это жизнь4без права на ошибку, это высокий стандарт требований к себе и окружающим.

Алкоголики часто бывают перфекционистами. Если алкоголик задумал что-то сделать, то проект должен быть исполнен наилучшим образом, а не как-нибудь. Если нельзя исполнить нанлучшим образом, алкоголик может отказаться вообще его выполнять.

Жена алкоголика рассказывает. «Задумал мой муж сделать ремонт в квартире. Купил краски и кисти. Вынес мебель из спальни. Обнажил стены от обоез. Тут выяснилось, что требуется шпатлевка, есть трещины. Он не нашел хорошей шпатлевки, которую ему Друг посоветовал купить. И теперь стоит неотреыонтированная спальня уже полгода».

Перфекционизм, соединенный с низкой толерантностью к фрустрации, может быть использован алкоголиком как предлог для выпивки. «Раз не получается сделать это наилучшим образом, что толку стараться, все равно ничего хорошего не выходит» и т.п. Чувства алкоголика в подобных случаях накаляются несоразмерно той ситуации, которая их спровоцировала. И опять у него есть предлог, чтобы напиться.

Чувство вины — одно из основополагающих чувств алкоголика. Оно сопровождает его всю жизнь. Еше в родительской семье задолго до того, как он начал пить, он чувствовал себя виноватым. За что? Да за что угодно. За то, что своим рождением он принес много трудностей семье. За то, что его любя 1, а он плохо себя ведет.

Алкоголик не хотел делать все то, что он делал вчера, будучи нетрезвым. Он не любит в себе того пьяного человека. «Я — свинья. Я не достоин называться человеком после этого. Я вчера тебя ударил. Больше это никогда не повторится». И в знак искупления своей вины тащит жене огромный букет либо моет полы во всей квартире.

Из чувства вины алкоголик после запоя может заполдня на работе сделать все, что раньше делал за день. Он готов трудом искупить свою вину перед мастером.

После запоя чувство вины усиливается. В это время он обещает бросить пить. В это время его легче уговорить пойти к врачу-нарко- логу. Когда человек виноват, -им легче управлять. Это хорошо знают контролирующие алкоголиков жены.

Алкоголик не может выносить боль, а чувство вины болезненное. И он снова запивает. Потом чувствует себя еще более виноватым. Замкнутый порочный круг. Жена могла нагнетать чувство вины, потом убедилась, что ничего хорошего из этого не вышло. Теперь у нее усилилось чувство вины. Это их общесемейное чувство.

Психологические особенности алкоголика, изложенные выше, могут обнаруживаться не у всех больных. Они могут быть представленными в психике алкоголика не во всей полноте, как здесь описано.

Жаннет Уойтитц •— специалист в области психологии семьи при алкоголизме одного из членов семьи. Мне посчастливилось учиться у Ж.Уойтитц. Она считает, что наряду’с вышеперечисленными особенностями психики у больного алкоголизмом может наблюдаться также амбивалентность по отношению к фигурам власти. Когда он трезв, он может бояться фигур власти (начальника, постового дорожной служ-бы). Но когда он пьян, никто не может указывать ему, что и как делать [52].

Выше перечисленные психологические особенности могут быть обнаружены у людей, далеких от чрезмерного употребления спиртного. Но у алкоголиков эти особенности встречаются все же чаше, чем у кого бы то ни было. Они так же часто встречаются у зависимых от наркотиков. Только у последних вследствие рано начавшейся задержки в развитии и сильно выраженной детскости, незрелости, инфантилизма психологическая картина выглядит более нарушенной, чем у алкоголиков.

Представим схематически психологические особенности человека, зависимого от психоактивных веществ (больного алкоголизмом, наркоманией).

Потребность принадлежать кому-то и быть отдельным индивидом. Обычно наблюдается интенсивное слияние с родительской семьей, в особенности с матерью. Слияние — это иллюзия. Это птказ от различий, не-похожести. Часто употребляемое матерями «Мы» в значении «мой сын»

призвано закрывать брешь непохожести. Употреблять слово «мы» для матери становится аддиктивной потребностью.

Формы психологической защиты

.— Отрицание: «Я не нуждаюсь в вас. Я могу это делать сам(а)».

Рационализация и глубоко лежащая тревога: «Кому я нужен? Всем наплевать. А я ничей. Почему бы и не употребить алкоголь (наркотик)?»

Отказ от ответственности: «Никто никогда не позволял мне быть самим собой. Это не моя вина*.

Минимизация: «Я не такой плохой, как думают другие».

Проекция: «Если бы не такая злая жена, я бы не пил. Если бы не они, я бы не кололся».

Чувство, что попался в ловушку, на крючок.

—¦ Чувство неадекватности (комплекс неполноценности).

При продолжении употребления алкоголя или наркотиков возникает ненависть к себе, утрата своего Я. Все это ведет к дальнейшему саморазрушению.

Перфекционизм. «Я не допускаю ошибок».

Идеи величия. «Я самый замечательный парень».

Контролирование других людей, но не своей проблемы.

Вышеперечисленные особенности поведения подпитываются задавленными истинными чувствами, страхом встретиться, с ними, неумением отстаивать себя, свое мнение. Характерна концентрация на других, на том, что они делают неправильно.

(В силу душевной боли, причиняемой зависимостью близкого, окружающие- не могут поддерживать хорошие взаимоотношения с больным: «Я не могу уже больше его переваривать»),

Избегание прямых и качественных контактов.

Оскорбления. Нянчатся как с маленьким. Опекают, воспитывают. ПИЛЯТ. Обвиняют.

Все это только поддерживает строй мыслей зависимого человека.

В чем нуждается зависимый (алкоголик, наркоман)?

В признании его ценным, достойным человеком.

Необходимо ему позволить делать то, что он хочет. Это может

привести его к краху, во время которого он обнаружит свое собственное Я. Ударившись о дно воображаемого падения в пропасть, он может обрести свою способность решать свои проблемы.

Что могут сделать близкие, любящие люди?

Отделить личность больного от химического вещества (алкоголя, наркотиков). «Я ненавижу алкоголь, но я люблю человека».

Получать помощь и поддержку для себя.

Отделять человека от его’ поведения.

—¦ Быть мягкими с человеком, но твердыми в отношении недопустимого поведения.

Позволить ему столкнуться с последствиями его поведения (алкоголизации, наркотизации) и пережить все, что натворил.

Психологическая зависимость: как не разориться, покупая счастье

СОДЕРЖАНИЕ.

‘ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАВИСИМОСТЬ: КАК НЕ РАЗОРИТЬСЯ ПОКУПАЯ СЧАСТЬЕ’

И сама жизнь человека постоянно от чего-то (и от кого-то) зависит. Люди — капризные существа, им подавай не только еду, жилье, но и благоприятный климат в семье и на работе, душевный комфорт, смысл жизни… Иначе они и климат, и комфорт, и смысл отыщут в таких странных местах и в таких неподходящих вещах, что и говорить не хочется. Хотя говорить об этом просто необходимо. Потому что ни страшные истории про «безумных трудоголиков» и «сумасшедших транжир», ни тихие надежды на то, что минует ваш дом чаша сия — не самый лучший источник информации. О предмете, на который боишься взглянуть открыто, ничего узнать нельзя. В этом нежелании видеть правду — начало проблемы.

К сожалению, человек, далекий от психологии, не может определить, когда именно положение становится бедственным. То есть не «скорее всего не может» или «почти никогда не может», а просто — не может. Ему эта задача не по силам. Поскольку внешние проявления не дают исчерпывающей информации, а, главное, становятся заметными лишь тогда, когда ситуация уже более чем угрожающая. Нет, мы не пытаемся вызвать у читателя приступ паранойи: вдруг у меня или у кого-нибудь из близких мне людей возникнет психозависимость? Да еще необратимая! Он превратится в марионетку во цвете лет! Помогите! Кто-нибудь! Мы его теряем! Не кричите. Не нервничайте. Не воображайте лишнего. Паника не повышает, а, наоборот, понижает наши возможности. Поэтому, не давая волю эмоциям, постарайтесь в деталях рассмотреть реальный облик психологической зависимости. Полюбуйтесь на нее, как на крокодила в зоопарке. Только так вы сможете оценить вероятную опасность и возможный ущерб.

А затем займитесь собой: так же внимательно вглядитесь в себя, оцените собственные силы и потребности. Или силы и потребности того, за кого вы так волновались. Учтите: это не так легко, как кажется. Мы довольно плохо знаем не только окружающих — зачастую мы плохо знаем себя.

Избежать подобных проблем не удается никому. Умение побороть стресс и адаптироваться к обстановке (грубо говоря, заглянуть в бачок, не обнаружить там никакой живности крупнее микроорганизмов, обозвать сестру дурой и больше не обращать внимания на ее выдумки) — залог выживания в этом жестоком мире безжалостных сестер. Для маленького ребенка любое «информационное вложение» оборачивается совершенно непредсказуемым «поведенческим капиталом». До поры до времени вышеупомянутый капитал дремлет в своем прекрасно защищенном сейфе. И, кажется, никаких последствий не имеет и никакого развития не получает. Но вот однажды вполне благополучный человек под воздействием сильного прессинга срывается, отгораживается от мира, не отвечает на запросы, а вместо этого прячется в углу, вцепившись в бутылку, как в любимую детскую игрушку… Значит, не так уж было хорошо, как казалось. И плохо стало не так уж внезапно.

Все-таки деформация личности развивалась. Она постепенно проникала из подсознания в сознание, формировала представления и стандартные схемы реагирования, встраивалась в жизненные стратегии — и все почти незаметно. Да, влияние бессознательного самой личностью не ощущается — вплоть до того момента, когда эмоциональный выброс прорывает плотины, сдерживающие огромную энергию человеческого подсознания. На первый взгляд — основательнее надо было плотины строить. А на второй, наоборот, — не надо было никаких плотин. Если бы здесь привольно резвился широкий, полноводный и мирный поток психической энергии, напряжение не росло бы, искажение восприятия не усиливалось, катастрофа не настала. Бы. Почему «бы»? А потому, что невозможно обеспечить идеальную форму личностной адаптации. Невозможно гарантировать человеку «жизнь без срывов».

Во-вторых, надо признать: человек по доброй воле от срывов не откажется. Без них и жизнь не полна, без срывов и прорывов не бывает, уж извините за каламбур. Самому ярому стороннику рационального мышления и культурного поведения периодически хочется расслабиться и пожить «без галстука», по законам дикой природы. Потакать своим желаниям, предаваться излишествам, наплевать на здоровый образ жизни. Эта вспышка «животной жадности» — не моральное падение, а всего лишь форма отдыха от бремени цивилизации. Так же, как подсознание — не свалка отходов, а хранилище ценностей, которым не нашлось применения в жизни индивида. Здесь прячутся зачатки идей настолько оригинальных, что сознание отказывается их принять. Здесь помещается информация, вложенная в человеческий организм в ходе эволюции. А главное, здесь хранится способность ощущать окружающий мир — то есть воспринимать реальность интуитивно, инстинктивно и эмоционально, практически «в обход» громоздкого мыслительного процесса. Вот почему человек регулярно пытается черпать из этих кладезей — несмотря на непредсказуемость любых даров подсознания. Похоже на внутреннюю лотерею: каждый раз надеешься — вдруг попадется что-нибудь полезное? Например, гениальное озарение. Хотя с тем же успехом может попасться и дурная привычка. Или даже психологическая зависимость — весьма сомнительный подарочек.

Ведь подсознание, по большому счету, не вкладывает в очередной эмоциональный выброс никакой изначальной программы: этот будет разрушительным, а следующий — созидательным… Это не добро и не зло, это только сила. Поэтому формирование такой программы — дело индивида, дело его сознания. Притом, что многие люди пускают ситуацию на самотек, экономя свои силы и надеясь на лучшее. В таком случае подсознание распоряжается личностью, не спрашивая согласия и не осведомляясь о планах на будущее. Неудивительно, что главным фактором при выборе поведения становится удовольствие: подсознание ищет его и не останавливается перед моральными и физическими препятствиями. Если подобная стратегия выбора закрепляется, может возникнуть зависимость.

Все, кто пытался избавиться от зависимости, подтвердит: и с катарсисом[2], и с раптусом[3] связаны мощные эмоциональные встряски. Несмотря на то, что первое состояние сулит возможность выздоровления, а второе является признаком возвращения болезни, результатом обоих процессов может стать шедевр. Или суицид. Смотря на что эту мощь направить. Значит, личность должна научиться направлять энергию подсознания в то русло, которое хотя бы безопасно. Как бы трудно ни было.

Ясно одно: психологическая зависимость — не бородавка, не отдельный уродливый нарост на полноценной и жизнеспособной психике. Ее нельзя ампутировать, оставив лишь небольшой шрам. Она — продолжение человеческой природы, порождение подсознания.

Аддикция — это дефект приспособления человека к миру, в котором он живет. Причем такой дефект, который скорее позволит сменить мир, нежели сменить тактику поведения.

В нашей книге мы рассказываем и о тех пристрастиях, которые проходят по мере взросления человека, и о тех, которые выявляются с трудом, но могут

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Источники:
ПСИХОЛОГИЯ ЗАВИСИМОСТИ
ПСИХОЛОГИЯ ЗАВИСИМОСТИ: В одной книге о психологии зависимости мне встретилось неожиданное определение алкоголика. «Алкоголик — это человек, объятый огнем и бегущий к морю. В море он тонет» [52].Под огнем следует понимать те чувства, от которых ему некуда деться. Эти … — — в большой интернет библиотеке
http://bib.social/narkologiya_1008/psihologiya-zavisimosti-89303.html
Психологическая зависимость: как не разориться, покупая счастье
Книга Психологическая зависимость: как не разориться, покупая счастье, автор Ципоркина Инесса — ()
http://booksonline.com.ua/view.php?book=90078

COMMENTS