Из депрессии есть 3 выхода

«Из депрессии есть два выхода: болеть или переродиться»: Настя Ивченко о том, каково это — жить с клинической депрессией

В Интернете стартовал флэшмоб «У депрессии нет лица». Он посвящен тому, что ты никогда не знаешь, с какими демонами борются люди, живущие рядом с тобой, и что может скрываться за их улыбками.

Настя Ивченко, специалист по коммуникациям, уже 4 года живет с клинической депрессией. Специально для L’Officiel Online она впервые публично рассказывает о том, каково это, как сражаться с болезнью и — главное — как победить ее.

Мне 24 года, и последние четыре из них я живу с клинической депрессией. Моя семья и близкие друзья знают об этом, но публично я говорю об этом впервые. Я иду на этот шаг, потому что знаю, как много людей, прочитав этот текст, узнают себя. И еще это в память о том, как я впервые прочла подобный рассказ и осознала, что моя проблема не уникальна, и мне стало легче дышать. Тогда я осознала, что депрессия преодолима, нужно просто бороться каждый божий день. Этот материал я посвящаю всем, кто борется.

Во время депрессии человек испытывает две самые болезненные вещи: тебе кажется, что это никогда не закончится и ты все время хочешь вернуться в состояние «до». Но со временем понимаешь: вернуться в состояние «до» просто невозможно. Депрессия очень меняет человека, и приходится мириться с собой новым. Самое лучшее, что можно сделать, — это полюбить себя нового. Я изменилась кардинально. Я любила читать, сейчас мне это дается довольно сложно, мне просто стало это неинтересно. Я любила фестивальное кино — сейчас я не смотрю фильмы, в которых смысловая нагрузка больше, чем в фильме «Красотка». Я перестала есть еду, которую я раньше обожала, и полюбила новую. Однажды я так сильно изменилась, что мой самый близкий и любимый человек меня не узнал. Я сама себя не узнала, и мы расстались.

Когда у меня была острая форма депрессии, я очень злилась, что меня окружают здоровые люди. Мне до сих пор за это стыдно. Сейчас я думаю совсем по-другому: я очень рада, что люди здоровы. Просто этот путь нужно было пройти. Если у вашего любимого человека или друга депрессия, самое лучшее, что вы можете сделать — это не относится к нему как-то особенно, не вести себя так, будто что-то не так. Просто будьте чуткими и внимательными. Если человек требует социализации, сводите его в кино или в новое кафе. Он это обязательно оценит. Людям, переживающим депрессию, очень важна поддержка. Хорошее окружение — один из залогов быстрого выздоровления.

Из депрессии есть два выхода: продолжать болеть или переродиться. Я переродилась и стала очень сильным человеком. Мне иногда даже не верится, что я такая сильная. Трудности меня в принципе не пугают, для меня нет проблемы, которую нельзя решить.

За четыре года болезни со мной случилось около десяти панических атак, четыре синдрома отмены, я сменила три антидепрессанта, четырех врачей, мне экстренно вызывали психиатра домой, я пять раз сменила жилье, потому что не могла оставаться в местах, где мне было плохо. А еще я нашла работу своей мечты, наконец завела собаку, заработала денег на свою собственную квартиру, стала преподавать, реализовалась профессионально, исполнила уйму своих «мечт», научилась останавливать мгновение и осознавать, как же мне хорошо сейчас, создала свой бизнес, пошла получать второе высшее образование, начала учить итальянский, научилась себя хвалить и баловать, стала ценить своих близких, нашла себя и стала очень счастливым человеком.

Сама по себе депрессия не страшна. Страшно, когда человек не может признаться себе, что он болен и ему нужна помощь. А это самый сложный шаг, с него начинается выздоровление. По сути, депрессия — это несовершенство любви. У людей, которые себя любят и принимают такими, какие они есть, депрессии в принципе не бывает. Лелейте себя, любите себя и будьте себе лучшим другом. Вы и есть ваша самая главная ценность, никогда не забывайте об этом.

Несмотря на то что я выпала из жизни на два года и мне было дико сложно, я благодарна Богу за это испытание. И, если бы можно было выбирать, прожить это или нет, я бы прожила не задумываясь, Потому что нашла самое главное — себя.

P. S. Я хочу поблагодарить от всего сердца всех тех, кто прошел этот путь со мной. Без вас я бы не справилась.

Что такое депрессия? Как отличить снижение настроения, лень уныние от депрессии? Лечение депрессии.

Игорь Юров, врач-психотерапевт, доцент

ЧТО ТАКОЕ ДЕПРЕССИЯ?

КАК ОТЛИЧИТЬ СНИЖЕНИЕ НАСТРОЕНИЯ, ЛЕНЬ, УНЫНИЕ ОТ ДЕПРЕССИИ?

Как отличить депрессию от плохого настроения, хандры, уныния?

Это не сложно, более того, обычно тот, кто задает такой вопрос, слава Богу, вообще не переживал депрессии, так же, как спрашивающий — чем отличается мигрень от обычной головной боли — никогда не страдал мигренью. При истинной мигрени человек всегда четко знает, когда с ним случается мигренозный приступ, а когда просто, как у всех, болит голова. Также и депрессия – это особое эмоциональное состояние, явно выходящее за рамки обыденных колебаний настроения. Другое дело, что человек может не признавать, отрицать у себя депрессию, ошибочно принимая ее за проявление слабости, что часто заканчивается уходом в алкоголизм, наркоманию или суицидом.

Снижение настроения, хандра проходят как усталость после сна. Незначительное волевое усилие или приятное событие (отдых, спортивная тренировка, свидание, вкусный ужин, хобби, покупка, поездка, зарплата) быстро меняют настроение, тоска развеивается, человек переключается.Депрессия же – это болезнь. Никому в голову не придет «развеивать», болезнь (грипп, например) или «переключаться» с нее на что-то другое, все знают, что болезнь должна пройти, завершиться, а еще лучше помочь организму ускорить этот процесс посредством лечения. Если же болезнь тяжела, то надеяться, что она пройдет сама, наивно. Это в полной мере относится к заболеванию депрессией.

В депрессии человек остро переживает внутреннюю беспомощность, неспособность что-либо изменить, — с ним что-то случилось, и с определенного момента он стал бессилен. Можно сказать, что переживание такого рода бессилия, безвыходности, безысходности и составляет основное содержание депрессивного страдания. Также типичная депрессия не обходится без т.н. аутоагрессии — самоосуждения, самообвинения, чувства ошибочности прошлых поступков, переживания собственной слабости, ущербности, неполноценности.

Депрессия – это всегда интенсивное переживание страдания. Даже если речь идет о внутренней опустошенности, равнодушии, бесчувствии, все равно, какая-то часть души крайне «чувствительна к этому бесчувствию» и страдает от него. Простой пример. Поэт, переживающий обычную тоску, может выразить ее в стихотворении и в результате почувствует удовлетворение. Поэт, переживающий депрессию, ясно осознает свою неспособность создать хоть какое-то стихотворение и в результате будет страдать.

То же самое – с музыкантом, художником, бухгалтером, составляющим отчет и рабочим, копающим траншею: они могутпереключиться на что-то другое, выйти из своей хандры, тоски или преобразовать их энергию в творчество, интеллектуальный или физический труд, а в депрессии это сделать невозможно. Депрессивный человек не может ни писать, ни считать, ни копать, или чувствует, что ему для этого нужно задействовать последние силы, но и их для полноценной деятельности все равно не хватит. Он остро переживает свою неспособность что-либо изменить, и хотя депрессия тоже заключает в себе огромную энергию, но эта энергия может быть выражена только в страдании от депрессии.

Существуют какие-то методы выхода из депрессии?

Искать или рекомендовать на бытовом уровне «способы преодоления» клинической депрессии бессмысленно. Депрессия может быть вылечена и может пройти сама, третьего не дано. Именно — пройти сама – хотя человеку, впервые столкнувшемуся с депрессией, может казаться, что он наконец-то «подобрал ключик к замку». Есть важный нюанс: просто переживая тоску или хандру, человек способен развеять их, занявшись чем-либо; в депрессии он может только надеяться, что «тоска» и «хандра» когда-нибудь развеются сами, и тогда у него появятся силы заняться чем-либо.

При настоящей депрессии, как и при всякой болезни, утрачивается доступ к такому психическому ресурсу, как воля. В случае обычной лени, человек, в конце концов, собирает «волю в кулак», «берется за дело», и затем это дело начинает даже вызывать у него радость и удовольствие так, что воля уже и не требуется. При депрессии же просто нечего «собирать в кулак», и тем более, нет способности получать удовольствие от деятельности. Более того, теряется способность получать удовольствие вообще – это один из типичных признаков депрессии, получивший название ангедонии.

Как известно, гедонизм — синоним жизнелюбия, способности получать удовольствие от жизни. В состоянии депрессии человек, наоборот, не может испытывать эмоцию удовольствия даже тогда, когда оно должно быть ему гарантировано: любимое блюдо — безвкусно, общение с друзьями — тягостно, секс энергозатратен, приобретения бессмысленны, путешествие, о котором когда-то мог только мечтать, изнуряюще.

«Осенняя» депрессия — это заболевание или обычная хандра?

Возможно и то, и другое. Во-первых, существуют эпизодические депрессии, которые характеризуются четко выраженной цикличностью — как будто некий патологический биоритм «включает» и «выключает» их в определенные моменты времени. Вот только это не биоритм, а психическое заболевание, именуемое рекуррентной депрессией или биполярным аффективным расстройством (по старому — маниакально-депрессивный психоз). Цикличность — характерная особенность его течения, болезни нет дела ни до сезонности, ни до лунных фаз. В народе обычно говорят о весенних или осенних обострениях, но на самом деле они могут происходить в любое время года. Также и длительность депрессивных фаз очень вариабельна – от нескольких часов до нескольких лет.

Во-вторых, конечно же, речь может идти об обычной осенней хандре, которую прекрасно поэтизировал, уж, чем-чем, а депрессией никогда не страдавший А.С.Пушкин: «Унылая пора, очей очарованье, приятна мне твоя прощальная краса….». Понимаете, как раз здоровая эмоциональная сфера находится в постоянной чуткой связи со всем, что происходит вокруг, в том числе, с погодными явлениями. Не все поэты, обычно мы видим осеннюю серость, сырость, грязь… Сбежать в это время от «депрессии» на жаркий курорт – очень здоровое желание.

С чем-то еще могут быть связаны сезонные колебания настроения?

Конечно. Осень для большинства — это время всем известного «послеотпускного стресса», когда кому-то нужно резко «впрягаться в работу», кого-то теща гоняет на дачу за урожаем, а кто-то считает недостающие копейки, чтобы собрать детей в школу. Весна – время влюбленности, повышения гормональной активности, легкости во всем – от одежды до поведения. Что, как не «депрессию», будет ощущать в душе одинокий человек, глядя на млеющие на солнце влюбленные парочки? В этом смысле я бы перефразировал известный стих — у природы нет плохой погоды, но… не у каждого на сердце благодать. Вот вам и осенне-весенние "обострения", не имеющие никакого отношения к депрессии как заболеванию.

Каковы же симптомы настоящей депрессии? Как узнать, что пора обращаться к врачу?

Первое – снижение настроения – общеизвестно, но будет не лишним подчеркнуть, что переживается это состояние крайне драматично, поскольку в него входит практически все, что подразумевается под тоской, печалью, апатией, меланхолией, подавленностью, унынием, потерей интересов, смыслов, мотивации. Катастрофически падает уверенность в себе и самооценка, возможны тяжелые угрызения совести, переживание своей вины, ущербности, несостоятельности, ошибочности прошлых поступков и принятых решений, самоосуждение, самоуничижение и все прочее, что можно было бы назвать ярко выраженным комплексом неполноценности. Выражено ограничение контактов, подчеркнутое стремление к одиночеству. При крайних степенях депрессии присутствуют ощущения душевной боли, тяжести на душе, «камня на сердце», чувственной опустошенности, эмоционального истощения, «выгорания», потери способности к сочувствию и сопереживанию, что вполне объяснимо приводит к мыслям о бессмысленности жизни, нежелании жить, обдумыванию сценариев самоубийства.

Однако клиническая депрессия предполагает еще далеко не только это. Все перечисленное – и апатия, и безысходность, и душевная боль, и даже мысли о самоубийстве могут временно возникать у человека, переживающего психическую травму предательства, финансового краха, потери близких и т.п. Изменения в одной только чувственной сфере еще не дают веских оснований для диагноза. Необходимо подтвердить еще две составляющих депрессивной триады.

Третья составляющая – двигательная (кинестетическая) заторможенность. Чем тяжелее депрессия, тем меньше человек подвижен. Исключением является т.н. ажитированная депрессия, при которой человек бессмысленно мечется «из угла в угол», как «зверь в клетке», но и эти периоды непродолжительны. Двигательная заторможенность проявляет себя не только внешне видимой малоподвижностью, но, прежде всего, остро переживаемым чувством утраты или снижения волевых способностей, общего тонуса, сил, энергии. Даже обычные повседневные дела выполняются «через силу», как бы по сильнейшему внутреннему побуждению. И это никакая не лень — лентяй всегда МОЖЕТ, НО НЕ ХОЧЕТ что-либо делать – ему и так хорошо, он без тени душевного страдания наблюдает за тем, как другие выполняют его обязанности; при депрессии же человек, наоборот, ХОЧЕТ, НО НЕ МОЖЕТ проявить активность, он изо всех своих душевных сил ищет, но не находит доступ к утраченному волевому ресурсу.

При тяжелых депрессиях двигательная заторможенность доходит до того, что пациенты перестают следить за своим внешним видом, соблюдать гигиену, практически все время проводят лежа или сидя, пребывая в т.н. меланхолическом ступоре.

Таким образом, как бы эмоционально ни страдал человек, если, например, он сообщает, что за время депрессии перечитал всего Достоевского или составил годовой отчет, то это никакая не депрессия, поскольку отсутствует вторая составляющая – мыслительная заторможенность; и также — если он отмечает, что его «спасает работа», что задания, поручения и важные дела способны временно отвлечь его от тягостных переживаний, то и это никакая не депрессия, поскольку отсутствует ее третья составляющая – двигательная заторможенность.

Нередко место первого компонента депрессивной триады (снижения настроения и соответствующих эмоциональных переживаний) занимают множественные жалобы на состояние физического здоровья, ощущение упадка сил в результате тяжелой, но нераспознанной болезни, убежденность в наличии симптомов соматической патологии при нормальных результатах обследования. Такую депрессию называют соматизированной, или маскированной, скрытой.

Депрессия тревожная, апатическая, меланхолическая, ипохондрическая, реактивная, эндогенная, рекуррентная, психотическая, невротическая, латентная, соматизированная, атипичная… Подробный перечень одних только классификаций депрессий очень велик. Ни в коем случае нельзя пытаться самостоятельно диагностировать, а тем более, лечить депрессию. По этому вопросу считаю важным напомнить о правиле, распространенном в странах с развитой медициной – если три обращения к врачам разного профиля по поводу какого бы то ни было расстройства не дали ясного результата, четвертое обращение должно быть к врачу-психотерапевту или психиатру.

Часто ли путают депрессию с другими психическими проблемами?

Вот, человек, годами страдающий от панических атак, потерявший из-за них способность выходить из дома и даже выпускать из поля зрения тонометр, телефон для вызова скорой и препараты от давления, сердцебиения, тромбообразования, всецело сконцентрированный на страхе перед возможным инфарктом или инсультом, замкнутый, «зацикленный» на этих переживаниях. Родственники, окружающие люди и даже участковый терапевт, вероятнее всего, объявят, что у него «депрессия».

А, вот, человек с многолетним диагнозом вегетососудистой дистонии (ВСД), имеющий постоянный набор «симптомов» из головной боли, головокружений, аритмии, нехватки воздуха, тошноты, дурноты, болевых (тянущих, колющих, сковывающих, жгущих, леденящих и пр.) ощущений по всему телу, расстроенным желудком и кишечником, похудевший и чувствующий себя измотанным, уставшим, истощенным, эмоционально выгоревшим. И у него тоже любой мало-мальски знакомый с популярной психологией человек обязательно определит «депрессию».

Вот, человек, погруженный в навязчивые тревожные мысли, опасения, воспоминания, преживания, лихорадочно просматривающий в интернет-пространстве гигабайты медицинских материалов и обнаруживающий при этом поочередно, а то и одновременно надвигающиеся симптомы всех самых страшных и неизлечимых заболеваний — рака, спида, миеломной болезни, рассеянного склероза, прогрессивного паралича, ранней деменции, а то и шизофрении, мании, занятый проведением все более и более детальных обследований, посещением все новых специалистов и все более негативно настроенный к врачам и средствам современной медицины, якобы, не способной однозначно определить его недуг. И у него — скажут окружающие, да и сами врачи, уставшие от бесконечных обращений, конечно, «депрессия».

Вот, человек, годами мучающийся от бессонницы и, соответственно, утративший нормальную дневную активность, забывший, когда в послдений раз он ощущал ясность мыслей и творческий настрой, панически ожидающий очередной бессонной ночи и следующего за ней дня, наполненного хандрой и слабостью, теряющий из-за этого один выгодный контракт за другим и одновременно взваливающий на себя очередной невозвратный кредит. Кто, скажите пожалуйста, будет сомневаться в том, что этот человек в «депрессии»?

Вот, напряженный, несдержанный, раздраженный, взрывчатый, гневливый мужчина. Вот, эмоционально неустойчивая, постоянно расстроенная, плачущая, истеричная, причитающая, обижающаяся, жалующаяся на всех и вся женщина. Вот, подозрительный, придирчивый, вечно недовольный, на всех жалующийся старик. Вот, боязливый, неувереннный в себе, боящийся каждого малейшего подвоха, упрека, насмешки, плохой оценки и из-за этого все чаще пропускающий школьные занятия, все дальше уходящий в виртуальный мир социальных сетей или онлайн игр, все больше изолирующийся от реальных социальных контактов, лишающийся внешних интересов и «ленящийся» сделать лишний шаг за пределы своей комнтаты подросток. Десять из десяти, скорее всего, скажут, что у всех перечисленных лиц наверняка «депрессия».

Много ли таких и еще им подобных, не описанных здесь картин можно встретить в окружающем нас мире? Очень много — это не вопрос. Вопрос в том, сколько из них действительно представляют собой депрессию? Правильный ответ — ни один из описанных случаев! Ни один из данных примеров не представлет собой первичного депрессивного расстройства! Все приведенные мной сейчас собирательные образы — это примеры разнообразно протекающих тревожных расстройств! Настоящая, первичная, т.е. являющаяся первым проявлением страдания, или развившаяся сама по себе, вообще без видимых внешних причин — т.н. эндогенная депрессия встречается среди тревожных неврозов не чаще, чем 1:10.

Я знаю, читатель будет шокирован и, возможно, даже не поверит, но на амбулаторном приеме врача-психотерапевта в государственной районной поликлинике или частном медицинском центре пациентов с настоящей первичной депрессией, тем более, эндогенной практически нет! Если быть объективно точным, то среди всех тревожных «невротиков» (в т.ч. имеющих фобию депрессии) их всего несколько процентов, поэтому я и позволяю себе сказать, что в общей массе пациентов их «практически нет».

Для чего я вообще говорю об этом? Может быть, я хочу преуменьшить социальную и медицинскую значимость заболеваемости депрессией? Конечно же, нет, да это и невозможно, поскольку даже эти несколько процентов страдающих настоящей депрессией и при этом физически здоровых людей при отсутствии должного лечебного подхода складываются в миллионы буквально недееспособных (если не совершают суицид) лиц, нередко официально имеющих группу инвалидности по психическому заболеванию.

Сейчас я говорю не о них, а об огромном количестве ситуаций, для обозначения которых «депрессия» все больше становится самой настоящей ширмой и разменной монетой. «Прикрывая» диагнозом депрессии немыслимое количество тревожных, в частности, фобических, вегегетативных, истерических (диссоциативных), ипохондрических, соматизированных и соматоформных (психосоматических), навязчивых (обсессивно-компульсивных), неврастенических, деперсонализационно-дереализационных расстройств, послестрессовых невротических расстройств, нарушений приспособительных реакций и расстройств адаптации, мы лишаемся понимания того, какой должна быть адекватная помощь себе и своим близким.

Стоит ознакомиться хотя бы с одним только перечнем основных категорий психоэмоциональных расстройств (без подпунктов!), преимущественно тревожного (а не депрессивного!) характера, из ныне действующей Международной классификации болезней 10-го пересмотра (МКБ-10).

F40 — F48 НЕВРОТИЧЕСКИЕ, СВЯЗАННЫЕ СО СТРЕССОМ, И СОМАТОФОРМНЫЕ РАССТРОЙСТВА

Прежде всего, тяжелые депрессии опасны суицидом, который может произойти в любой, самый непредвиденный момент и, как ни странно, с наибольшей вероятностью — в периоды кратковременных улучшений настроения, когда у больного появляются "силы и решимость прекратить бессмысленное существование". Количество самоубийств в мире поражает – 1 млн. смертельных исходов в год, не считая суицидальных попыток; в Европе из них – 60 тыс.

Однако даже если человек настойчиво не стремится уйти из жизни, самой этой жизни он фактически лишен: жизненные активность, радость, любовь, творчество ему недоступны. Лучше всего об этом говорит метафора: «Депрессия подобна камню, брошенному в поток жизни и затрудняющему ее течение». Также общеизвестно, что тело не живет отдельно от психики: длительно текущие депрессии ведут к снижению иммунитета, эндокринным нарушениям, изменениям обмена веществ и массы тела.

Клинически выраженная депрессия лечится антидепрессантами. Если некий «специалист» вместо антидепрессанта будет назначать аутотренинг или отвар зверобоя и т.п., то в цивилизованной стране он пойдет под суд. Я знаю, что слово «антидепрессант» многих пугает. Не имея возможности сейчас подробно обсуждать эту, впрочем, очень серьезную тему, не позволяющую множеству людей получить адекватную помощь, только задам скептику вопрос — не путает ли он эту группу психотропных средств с транквилизаторами, нейролептиками, психостимуляторами? Различия принципиальны, но, увы, зачастую легче последовать досужему мифу, чем разобраться в ситуации или обратиться за разъяснением к специалисту.

Как же быть с обычной осенней хандрой? Чем себя развеять?

Тоскливое настроение, упадок духа, уныние преодолевается… усилием! Волевым усилием. Только им. Т.е. именно тем, чего нельзя требовать от больного депрессией. Это может быть практически любое действие, которое лишь вначале своего выполнения требует приложения воли. Например, вы «тащите» себя в спортзал, но через полчаса тренировки уже радостно думаете, какой глупостью было бы остаться дома; вы заставляете себя сесть за ненавистный отчет, но через час «чистого мазохизма» уже с улыбкой вглядываетесь в монитор, неожиданно заметив, что через цифры в нем проглядывает ваша премия; вы понимаете, что «так больше нельзя» и… закрываете холодильник "на замок"; или с твердой решимостью навсегда гасите в пепельнице последний окурок, а через неделю «мучений» чувствуете себя победителем всех победителей на свете, так что у вас остается лишь легкая грусть о том, что… вы не победили себя десятью годами раньше.

Наконец, с давних пор существует один "секретный" способ преодоления «духа уныния». Он также требует волевого поступка, который может быть любым, единственное условие – его антиэгоистическая направленность. Лучше всего об этом сказано в притче, вполне способной быть реальной историей.

"Один обремененный печалью человек твердо решил уйти из жизни и стоял на краю моста, готовый в следующее мгновение броситься вниз. Мимо проходил некий мудрец, который, желая спасти самоубийцу, понимал, что любое действие с его стороны, только приблизит роковой шаг. Тогда, находясь на почтительном расстоянии, он осторожно обратился к самоубийце – «Послушай, на тебе такое доротное теплое пальто, тебе оно больше не нужно, а нищему, сидящему в ста метрах отсюда, очень даже пригодится, отдай его ему и потом делай, что задумал, меня волнуешь не ты, а тот нищий. Не в силах противиться этой логике, самоубийца идет и отдает нищему свое пальто, но и осуществить задуманное он почему-то теперь тоже не может."

Запись на консультацию в Москве: (495) 255-37-37

Интересующие вас статьи будут выделены в списке и выведены самыми первыми!

Источники:
Из депрессии есть два выхода болеть или переродиться Настя Ивченко о том, каково это — жить с клинич
В Интернете стартовал флэшмоб "У депрессии нет лица". Он посвящен тому, что ты никогда не знаешь, с какими демонами борются люди, живущие рядом с тобой, и что может скрываться за их улыбками. Настя
http://officiel-online.com/news?id=9051
Что такое депрессия Как отличить снижение настроения, лень уныние от депрессии Лечение депрессии
Что такое депрессия? Как отличить снижение настроения, лень уныние от депрессии? Лечение депрессии. Игорь Юров, врач-психотерапевт, доцент ЧТО ТАКОЕ ДЕПРЕССИЯ? КАК ОТЛИЧИТЬ СНИЖЕНИЕ
http://www.b17.ru/article/major_depressive_disorder/

COMMENTS